Древняя Тула. Проблемы локализации и истории.

Владимир ГРИЦЕНКО, Андрей НАУМОВ

Изучение проблем, связанных с местонахождением древней Тулы и первоначаль­ным периодом ее истории до строительства кремля в начале XVI века, продолжается уже более 150 лет. Не одно поколение тульских ис­ториков работало над этими вопросами в разных аспектах с привлечением различных категорий источников [ 1. С. 16-20]. Споры вокруг этих про­блем не утихают и по настоящее время [2. С. 26- 29; 3. С. 172-185]. Это связано, прежде всего, с крайне слабой освещенностью данных вопросов в летописных источниках и актовых документах.
Упоминание Тулы в Никоновской летописи под 1146 г., на наш взгляд, является поздней­шей вставкой летописца XVI в., что убедитель­но доказано трудами А.Н. Насонова, Б.М. Клос- са, В.Л. Егорова, Н.К. Фомина [подробнее об этом см.: 3. С. 172-173]. Наиболее взвешенную позицию по данному вопросу высказал В.Н. Ашурков еще в 1958 г.: "Древнейшая исто­рия Тулы остается неизвестной - о ней молчат страницы летописей, она не отражена и в каких- либо археологических памятниках... К середи­не XIV века, когда русская земля оправилась от страшного татарского разорения и... широко Ос­ваивались новые земли, появлялись новые го­рода. Видимо, к этому времени и следует отно­сить возникновение Тулы, как города в действи­тельном смысле слова, т.е. центра ремесла и тор­говли" [4. С. 4].
Упоминание Тулы в договорной грамоте ве­ликого князя Московского Дмитрия Иванови­ча с великим князем Рязанским Олегом Ива­новичем 1382 г. в связи с её принадлежностью к владениям царицы Тайдулы крайне важно для понимания общей политической и экономичес­кой ситуации в тульском регионе в этот период времени. По некоторым данным, это упомина­ние Тулы можно отнести назад на 10 лет. Л.В. Черепнин, анализируя договорные грамо­ты московских и рязанских князей второй по­ловины XIV в., пришел к выводу, что договор 1382 г. восходит большей своей частью или дуб­лирует несохранившийся договор 1371 г. [5. С. 57]. Если упоминание Тулы было в договорной грамоте 1371 г., то становится ясным, что этот документ практически сразу закреплял те из­менения, которые произошли в политическом положении Тулы сразу после смерти царицы в 1360 г. На это обратил внимание В.Л. Егоров, который подчеркивал, что эти изменения, преж­де всего, выразились в резком ослаблении вла­сти ордынских баскаков на данной территории [6. С. 42; 7. С. 30-33], что вызвало стремление овладеть этим городом со стороны московских, рязанских и литовских князей. Таким образом, Тула как город и территориальная единица воз­никает в середине XIV в.

«И стояше князь великий за Доном осмь дний, доколе разобраша телеса християнские от нечестивым, и похорониша христиан...»

Андрей НАУМОВ

Несмотря на обширную историографию, которая насчитывает на сегодня более 700 научных статей, монографий, публикаций источников, в истории события, которому в этом году исполняется 625 лет, остается еще немало белых пятен и загадок. Читатели догадались, что речь идет о Куликовской битве. Значение этого события в истории нашей Родины столь велико, что даже сейчас, спустя более шести веков, это сражение продолжает волновать умы наших современников и в кабинетах Государственной Думы, и в научных и околонаучных кругах, и на страницах чатов «всемирной паутины».
В чем же суть столь необычного феномена так давно происшедшего боя между русскими и ордынцами далеко за пределами Северо-Восточной Руси в степи за Доном и Непрядвой? Отчасти на этот вопрос пытался ответить в начале XX в. великий русский поэт Александр Блок: «Куликовская битва принадлежит... к символическим событиям русской истории. Таким событиям суждено возвращение. Разгадка их еще впереди» (Блок, 1955. С. 734). Как и тогда, Россия сейчас переживает трудные времена возрождения, возвращения к истокам своего национального самосознания, поиска своего пути и места между Востоком и Западом. Поэтому не случайно столь пристальное внимание к Куликовской битве, ее перипетиям, итогам и последствиям.