Тульские концентрационные лагеря принудительных работ в 1919–1923 гг.: принципы организации, цели создания,динамика существования

Ю.Ф. Смирнов

Предпосылки к организации концентрационных лагерей принудительных работ на территории Тульской губернии в условиях Гражданской войны, стремительного переустройства общества и начатого большевиками социального экспериментаторства к 1919 г. уже вполне сложились. Именно в 1919 г. тульские большевики почувствовали себя более устойчиво, смогли укрепить свою власть, им удалось поколебать влияние меньшевиков в заводских и цеховых комитетах оборонных предприятий Тулы и в Тульском отделении Союза металлистов. Вместе с тем 1919 г. был самым напряженным годом Гражданской войны, когда власть большевиков находилась на грани уничтожения. В августе 1919 г. отдельные отряды конницы Мамонтова достигли южных уездов Тульской губернии, поставив под угрозу центр производства оружия в Туле. Только величайшим напряжением сил большевикам удалось разгромить основные силы белых и отбросить их на юг. Именно в это время в Тульской губернии начинается создание системы концентрационных лагерей принудительных работ.

Опыт чрезвычайного правосудия в Тульской губернии: Тульский губернский революционный трибунал в 1918-1923 гг.

Александр МАКУТЧЕВ 

Одним из ключевых вопросов развития Советской России в первые дни и месяцы ее существования явилось создание новой государственной системы. Особое значение в этом процессе приобретала правильная и эффективная организация системы правосудия. Суд должен был служить реализации принципа социальной справедливости, под лозунгом которого совершаются все революции. Вместе с тем, новый советский суд был призван охранять большевистский режим от посягательств, что придавало ему ярко выраженный карательный характер.
Декретом о суде от 1917 г. была утверждена трехзвенная судебная система – народные суды - революционные военные трибуналы - губернские революционные трибуналы. При этом главную роль в осуществлении правосудия должны были играть народные (общие) суды, призванные разрешать гражданские и уголовные дела. Компетенция двух других звеньев изначально была заявлена весьма узко: военные трибуналы - для борьбы с воинскими преступлениями (дезертирством, уклонением от призыва), губревтрибуналы - для борьбы с контрреволюционными преступлениями. На практике, однако, быстро обозначился перекос в судебной системе в сторону чрезвычайного правосудия. Народные суды в 1918-1919 гг. только начали формироваться, работников не хватало (лучших сотрудников направляли в ревтрибуналы и ЧК). Поэтому главной силой в борьбе с преступностью в регионах стали губернские революционные трибуналы, занявшиеся рассмотрением как контрреволюционных, так и всех остальных категорий преступлений. По замечанию наркома юстиции П.И. Стучки, «трибуналы в провинции стали чрезвычайно популярны, они были повсюду и местами стали монополистами правосудия, единственной судебной властью».[1]

А у нас во дворе...

Борис ГУСЕВ

В конце двадцатых годов прошлого века на 80 процентов деревянная Тула стала застраиваться крупными каменными коопера­тивными и коммунальными домами. Заречье и часть Чулково заселяли работниками оружей­ного, сахарного заводов и других мелких пред­приятий. Тогда и были возведены корпуса дома № 38 по улице Октябрьской.
Восстановить прошлое этого двора помогли нам рассказы и довоенные любительские фото­графии Андрея Дмитриевича Гусева - старше­го мастера ИНО цеха №15 и Елены Сергеевны Кирюшкиной-Фроловой — мастера цеха №14 станкостроительного завода (ныне АК «Тула-машзавод»). Их семьи переехали в новую квар­тиру в 1928 году. По их рассказам, трехэтажные корпуса достраивались и постепенно заселялись до начала тридцатых годов. Это были коммунал­ки на 2-3 семьи, комнаты по 14-16 квадратных метров, кухни, печи.

Тульский городской досуг в 1-й половине 20-х годов XX века

Елена КОРОЛЕВА

20-е годы - это период НЭПа, один из самых противоречивых в россий­ской истории, т.к. он совмещал принципиально противоположные тенденции - экономический либерализм и политический монополизм. Об­щественные отношения в области экономики максимально раскрепощаются, преодолеваются последствия политики «военного коммунизма» - вновь открываются частные рестораны, тракти­ры, пивные, как в дореволюционное время. Ши­рокую популярность приобретают такие виды досуга, как театр, кино, библиотеки, посещение клубов и экскурсий. Но, с другой стороны, вся культурная жизнь общества, в том числе и его досуг, была пронизана политикой и идеологией: антирелигиозные кампании, пропаганда основ ленинизма, борьба с буржуазными элементами. Все это было направлено на формирование но­вой личности, чья духовная жизнь и менталитет определялись монополией коммунистической партии.
Этой двойственностью, прежде всего, полны газеты, они - самое яркое и достоверное отра­жение любой эпохи. Страницы «Коммунара» -официального печатного органа Тульского губернского комитета РКП(б) и губернского ис­полкома - дают полное представление о такой противоречивой повседневной жизни туляков. Первые страницы были отведены под офици­альные государственные сообщения, декреты СНК и решения местного руководства, освеща­ли международные события. Но наибольший интерес представляет неофициальная информа­ция последних страниц - это местные объявле­ния, материалы рубрик «Справочник рабочего», «Зрелища», «По рабочим клубам», «Книжная полка». Именно они помогают понять и увидеть повседневную жизнь туляков в 20-е годы.

Благоустройство и общий облик Тулы 20-х годов XX века

Елена КОРОЛЁВА 

Тула 20-х годов являлась крупным промышленным центром – два военных завода (Оружейный и Патронный), ряд предприятий местной металлообрабатывающей промышленности, многочисленные мелкие кустарные предприятия. Все это традиционно определяло характер Тулы как рабочего центра губернии. Однако этому значению города не соответствовали общественно-бытовые условия жизни туляков. Тульские власти в лице Горсовета в середине 1920-х годов были вынуждены констатировать, что город пришел в неблагоустроенное состояние.[1]
Что же явилось причиной такого бедственного положения? В первую очередь это события революции и гражданской войны, когда городское хозяйство Тулы, как и все отрасли народного хозяйства, в должной мере не поддерживалось и пришло в упадок. Только с окончанием военных действий и переходом к нэпу появилась возможность уделить внимание этой стороне жизни города. Но и здесь возникло серьезное препятствие – отсутствие денежных средств в местном бюджете. Поэтому начало восстановительного периода в коммунальном хозяйстве относится только к 1924-1925 гг., а плановый характер работа по благоустройству приобрела с 1926 года, когда местные власти стали отпускать, пусть и незначительные, ассигнования на эти цели.[2]
Вопросы благоустройства можно рассматривать по трем основным направлениям: жилищные условия, дорожное хозяйство и собственно коммунальная сфера.

Жилищная политика в первые годы существования Советского государства на примере города Тулы

Татьяна ГУЩИНА

Удивительно, но в настоящее время, также как и почти сто лет назад, перед обществом особо остро стоит проблема жилищно-коммунального хозяйства. Всем нам хорошо известен не дающий никаких положительных результатов рост квартирной платы, постепенное разрушение жилых домов, требующих капитального ремонта, и неспособность органов местного самоуправления решать намеченные проблемы. Похоже, демократические реформы конца XX века по своим разрушительным свойствам вполне сопоставимы с революционными потрясениями, гражданской войной и политикой военного коммунизма начала того же XX века.
В основу жилищной политики молодого Советского государства была положена муниципализация и национализация наиболее ценных объектов жилищного фонда. Так, на основании статьи 2 и статьи 5 Декрета ВЦИК Советов «Об отмене права частной собственности на недвижимость в городах» от 20 августа 1918 г. строения, стоимостью более предела, установленного органами местной власти в городах с числом жителей более десяти тысяч, а также строения, находящиеся на арендованной земле, передавались в распоряжение органов местной власти.