Тульские купцы и внешняя торговля в России в начале 60-х годов XVIII века

Марта ДЕНИСЮК

В XVIII веке Тула - уже крупный торгово-промышленный центр, играющий важную роль в хозяйственной жизни юга Центрально-промышленного района. Местное купечество поддерживает торговые связи с европейской Россией и Сибирью, а также ведет торговлю с европейскими странами, Закавказьем и Ираном. Главное место во внешнеторговых операциях большинства тульских купцов занимали связи с европейскими странами через Петербург. В торговле с Закавказьем и Ираном участвовало несколько крупных купеческих фамилий.

Первые сведения о торговых операциях двух крупных торгово-промышленных домов относятся к 40-м годам XVIII века. Импортные операции братьев Антипа и Терентия Пастуховых в 1744-1745 гг. отличались большим размахом. Их приказчики привезли из Гиляни шелк, текстиль и овчинки на 6077 рублей [5].

Братья Лугинины Иван и Фома - купцы первой гильдии и промышленники. Ф. Лугинин вел торговлю исключительно с восточными странами. Помимо Закавказья и Ирана, он торговал с Китаем через Кяхту, где продавал юфть, мерлушку и русские меха. Были обширными торговые связи И. К. Лугинина и его сына Лариона. Они вывозили в Петербург на экспорт в Европу парусное полотно собственной мануфактуры, пеньку, сало, щетину; в Среднюю Азию - юфть, в Китай через Кяхту - юфть, мерлушки.

Вклад по душе князя Дмитрия Михайловича Пожарского в тульский Предтечев монастырь

Николай ФОМИН

В Государственном архиве Тульской области хранится коллекция рукописных и старопечатнык книг. В ней под № 8382 содержится книга с дарственной надписью кн. Ивана Дмитриевича Пожарского по душам его отца кн. Д. М. Пожарского и брата Петра Дмитриевича, которая имеет заголовок «Книга жития, наказов и поучений Ефрема Сирина.

Коллекцию с 26 февраля по 4 марта 1958 г. просматривал по поручению Археографической комиссии А. И. Рогов, который в «Археографическом ежегоднике за 1958 год» опубликовал информацию об итогах своего обследования книг и рукописей церковного содержания¹. За столь короткое время сотрудник археографической комиссии не мот сделать многого. Он сам отметил это: «Выявить степень научной ценности списков литературных памятников и в особенности агиографических произведений я не имел возможности и поэтому ограничился кратким их описанием»². Книга Ефрема Сирина была отнесена им к изданиям «гражданской печати XVIII-XIX вв.»... Среди них «История Российской иерархии» Амвросия, «Полное собрание законов по ведомству православного исповедания», творения Иоанна Златоуста, Ефрема Сирина и т.д.³

Тульские изделия на международных и российских выставках (2-я половина XIX века)

Аркадий ПЕТУХОВ

О тульских изделиях, удостаивавшихся наград на различных выставках в XIX в.: самоварах, скобяном товаре, гармониках, кожах, пряниках, сахаре - писали в научных изданиях, прессе. В числе авторов таких публикаций следует отметить музейного работника А. Тихонову, краеведа С. Рассаднева, журналиста Л. Клеймана (Давыдова), искусствоведа З. Афанасьеву... Однако проблема истории участия туляков в российских и зарубежных выставках специально не рассматривалась. Одна из причин заключается в том, что многие источники по данной теме отсутствуют в Туле. В указателях к выставкам иногда не называют имена, инициалы фабрикантов и заводчиков. Где это возможно, мы уточняли их по другим документам.

Даже современного исследователя поражает многообразие ассортимента изделий наших земляков. В 1867 г. в губернии действовало около 1500 разного рода заводов и фабрик. В это время на Нижегородскую яр-марку вывозили до б тысяч дюжин самоваров, включая дорогие томпаковые (из сплава меди с цинком).

В Туле качественнее, чем в иных местностях России, выделывали скобянку - удила, кольца, черные петли, втулки, дверки, наборы на хомуты, шлеи, уздечки и т.п. Всего до тысячи сортов. В нашем городе и его окрестностях производили 7 типов дверных замков, по 3 номера черных замков, столько же номеров дверных задвижек, 5 сортов оконной скобы, 4 типа оконных заверток, крючков, петель, а винтов для рам - в два раза больше номеров, медных петель для дверей и окон 6 типов. Умельцы-мастера изготовляли 8 видов замков для шкафов и ящиков, 5 номеров железных циркулей, 8 форм хозяйственных щипцов, 4 номера специально для колки сахара, 5 сапожных молотков разных форм и размеров, 15 типов буравов и буравчиков. Делали также подпилки и прочие предметы домашнего обихода, бутыли из железной жести для вина, масла и других жидкостей объемом в ведро, четверть (3 литра), осьмушку (0,1 литра), пол-осьмушки. Кружки из жести реализовывали на ярмарках оптом по тысяче штук в коробке. Лялины продавали складные кровати. Товары расходились по всей Российской империи, включая Закавказье и Среднюю Азию, самовары поставлялись в Персию (Иран), где были отмечены орденом Льва и Солнца. По мнению «Статистического временника» за 1868 г., Тула в России занимала 32-е место из 706, производя товаров на 662,8 тыс. рублей.

Судьба одной коллекции

Тaтьяна ТИХОНЕНКОВА

Сотрудниками Тульской областной универсальной научной библиотеки около десяти лет ведется исследовательская работа по выявлению книг, относящихся к отечественным и иностранным книжным собраниям, сбору информации об этих коллекциях и составлению каталогов.

K настоящему времени выявлено около тысячи имен владельцев бывших частных библиотек. Среди них известные государственные и общественные деятели, представители науки и культуры, крупные собиратели XIX-ХХ вв. B 1940-e годы в фонд влились части некоторых иностранных библиотек, перемещенных в СССР в результате Второй мировой войны.

У древних греков существовало мифическое представление o мойрах — трех богинях судьбы. Первая олицетворяла собою неуклонное и спокойное действие судьбы, вторая — ее случайности, a третья — неотвратимость ее решений. 

До недавнего времени мирно стоящие на разных полках отдела редкой книги Тульской областной библиотеки труды H. H. Бантыш-Каменского, А. Ф. Малиновского и А. И. Мусина-Пушкина, на которых имеется владельческий знак князя M. P. Долгорукова, никак не наводили на мысль, что эти люди могут быть связаны между собой. Более того, самым неожиданным образом их служебные, приятельские и даже родственные отношения проявились на тульской земле.

Начнем эту далекую историю по порядку. Николай Николаевич Бантыш-Каменский принадлежал к старинному дворянскому роду молдавского происхождения. Он родился в городе Нежине 16 декабря (по старому стилю) 1737 года, учился в Киевской и Московской духовной академии, затем в Московском университете.

Старинный тульский обряд проводов в солдаты (рекруты)

Ирина АГАЕВА

С давних пор и доныне кукла говорит c нами на языке знаков и символов, воплощая идеи и представления, невыразимые c помощью слов. Ю. M. Лотман в статье «Символ в системе культуры» писал: «Символ никогда не принадлежит какому-либо одному синхронному срезу культуры — он всегда пронизывает этот срез по вертикали, приходя из прошлого и уходя в будущее». Традиционные куклы России — сигналы прошлого и предвестники будущего.

B современных интерьерах кукла часто выполняет иконические функции. Она является символической заменой близкого человека и именно в этом смысле близка к фотографии. Куклы нередко занимают почетное место в домах, помещаясь на стенах или шкафах рядом c фотографиями их бывших владельцев, наряду c изображением других близких родственников.

На русском Севере существовал обычай изготовления куклы в память об отсутствующем близком человеке или родственнике. У поморов жены изготавливали куколки ушедших в море мужей, и на время их отсутствия эти куколки выполняли функции хозяина в доме. Иногда такие куколки выставлялись на окно — в ожидании возвращения мужа c моря. Их фигурки делали из глины или из тряпок, специально шили для них одежду, даже давали имя — как y мужа. Когда хозяин возвращался домой, ему сразу же подавали эту куклу в руки. Он долго ее рассматривал, a потом отдавал ребятишкам для игры. В данном случае кукла играла роль оберега.

Топографическое описание города Тулы XVII века. Реконструкция

Татьяна ДУБОВАЯ

Топография города Тулы XVII века — один из малоизученных вопросов тульского краеведения. К сожалению, освещению данного вопроса не посвящено специальных исследований. Отрывочные сведения о топографии города имеются в работах И. П. Сахарова¹, И. Ф. Афремова², A. П. Рудакова³, B. H. Ашуркова⁴ и некоторых других исследователей. Эти сведения не имеют систематического характера и даются в контексте общего очерка истории города. Данное исследование может восполнить этот пробел и впервые полно показать топографию города Тулы в XVII веке.

Достаточная степень достоверности такого описания обусловлена использованием широкого круга источников и, прежде всего, писцовых книг, которые являются наиболее традиционным источником для изучения вопросов топографии любого города. Изучение писцовых книг города Тулы конца XVI —XVII веков позволяет понять, что писцы, составлявшие первые две из них (1587-1589 годов и 1625 года), ставили задачу описания тяглых дворов города, а следовательно, эти книги выполняли лишь налоговую функцию; и только писцовая книга 1685-1686 годов содержит, на наш взгляд, наиболее полную картину Тулы XVII века. Она может быть дополнена другими источниками — писцовой и межевой книгой Ямской слободы 1629 года⁵, росписью тульских засек 1638-1641 годов⁶, которые были опубликованы, но практически не использовались в исследованиях, посвященных истории Тулы.

«Набью табак я в трубку туго…»

(курительные трубки из раскопок города Тулы)

Мария Воронцова

С пагубной привычкой курения туляки знакомы, по крайней мере, уже триста лет. Об этом свидетельствуют данные археологических исследований, которые ведутся в Туле не один десяток лет. В ходе этих работ собрана достаточно представительная коллекция глиняных курительных трубок (около сотни). Именно о них пойдет речь в этой статье.

Как известно, впервые Европа познакомилась с табаком после открытия Америки в конце XV века. В Англии уже с конца XVI века известно о существовании мастерских по производству трубок, с первой четверти XVII века подобные мастерские работают в Голландии [16, C. 57]. Изначально курительные трубки изготавливались из беложгущихся глин очень хорошего качества. Поверхность изделия тщательно лощилась либо камнем, либо фланелью после выдерживания горячего изделия в специальном растворе воды, испанского мыла и воска [15, C. 52]. Эти трубки были небольшого размера, так как табак являлся очень дорогостоящим удовольствием. В это же время широкое распространение глиняные трубки получают и в Турции, где быстро налаживается их производство. Уже в конце XVII - начале XVIII вв. все более популярными становятся изделия из твердых пород деревьев (бука, ореха, березы, груши, вишни и др.). Во второй половине XVIII века в моду входят фарфоровые изящно расписанные трубки. Самыми же ценными считались экземпляры, сделанные из особого вида минерала – морской пенки. Такие трубки украшались резьбой. Пенку часто сочетали с янтарем и благородным металлом. Подобные изделия стоили очень дорого. В настоящее время пенковые трубки можно встретить только в музеях и у коллекционеров [16, C. 58]. Вообще трубки изготавливались из различных материалов: из глины, дерева, фарфора, пенки, даже из камня [21]. Самыми дешевыми и потому массовыми были изделия из дерева и глины. Так, в городке Рула в 1850-70 гг. было изготовлено трубок из пенки – 570 тыс., а из дерева и глины – 5 млн. и 3 млн. соответственно [16, C. 62].

Благоустройство и общий облик Тулы 20-х годов XX века

Елена КОРОЛЁВА 

Тула 20-х годов являлась крупным промышленным центром – два военных завода (Оружейный и Патронный), ряд предприятий местной металлообрабатывающей промышленности, многочисленные мелкие кустарные предприятия. Все это традиционно определяло характер Тулы как рабочего центра губернии. Однако этому значению города не соответствовали общественно-бытовые условия жизни туляков. Тульские власти в лице Горсовета в середине 1920-х годов были вынуждены констатировать, что город пришел в неблагоустроенное состояние.[1]
Что же явилось причиной такого бедственного положения? В первую очередь это события революции и гражданской войны, когда городское хозяйство Тулы, как и все отрасли народного хозяйства, в должной мере не поддерживалось и пришло в упадок. Только с окончанием военных действий и переходом к нэпу появилась возможность уделить внимание этой стороне жизни города. Но и здесь возникло серьезное препятствие – отсутствие денежных средств в местном бюджете. Поэтому начало восстановительного периода в коммунальном хозяйстве относится только к 1924-1925 гг., а плановый характер работа по благоустройству приобрела с 1926 года, когда местные власти стали отпускать, пусть и незначительные, ассигнования на эти цели.[2]
Вопросы благоустройства можно рассматривать по трем основным направлениям: жилищные условия, дорожное хозяйство и собственно коммунальная сфера.

«Старое тульское городище»: новая версия

Юрий ЕКИМОВ

Современной Туле, построенной на левом берегу реки Упы в первой четверти XVI века «повелением» великого князя Московского и Всея Руси Василия III, в ближайшем будущем исполняется 500 лет. Началом нового города и его ядром стал Кремль – первая крепость, которая «шагнула» в Дикое Поле навстречу грозной крымской опасности. История изучения Тульского кремля насчитывает уже более 150 лет. За этот период удалось прояснить многие вопросы, касающиеся его архитектуры, археологии, топографии, военной и политической истории. Вместе с тем, целый ряд проблем становления и развития исторической Тулы на её нынешнем месте либо остаётся пока вообще за рамками исследований, либо их существующее толкование вызывает определённые сомнения.

К числу таковых, на наш взгляд, относится и проблема осмысления топонима «Старое Тульское городище». Ещё на плане Тулы первой половины XVIII в. на правом берегу Упы к северу от Кремля обозначено «место именуемое Старое городище» [22]. Впервые оно, как известно, упоминается в письменных источниках второй половины XVI-XVII вв. Так, в Писцовой книге 1587-1589 гг. читаем: «… на Туле на посаде за рекою за Упою от устья речки Тульцы вверх по Упе по берегу на старом на Тульском городище (курсив наш. – Ю.Е.) церковь тёплая Введения Пречистый Богородицы ….». И далее: «Да старого сего же города попом и дьякону и пономарю и проскурнице отмерено за речкой за Тулицею против старого городища на огороды лугу 2 десятины; …» [15. С. 1095, 1096]. Грамота 1654 г., отразившая межевание луговой земли, ограниченной рекой Тулицей и принадлежавшей Воскресенскому собору, гласит: «… и то место всё против городища» [17. Грамота № 18].

Максим Горький и тульские изобретатели

Николай ШКРОБА

В тридцатые годы XX века Тула территориально относилась к Московской области и была не только оружейной и прянично-самоварной столицей, но также столицей изобретательства. На изобретательство тогда смотрели, как на одну из основных движущих сил технического прогресса, а на изобретателей, по словам М.И. Калинина на первом съезде изобретателей (1932 г.), - “как на разведывательный отряд, движущийся вперед и расчищающий кратчайшие технические пути, чтобы догнать и перегнать капиталистические страны”. Государство и его вожди в то время очень хорошо понимали роль изобретательства в экономике страны, а также его идеологические возможности. Существует множество высказываний крупнейших политических деятелей того времени в поддержку изобретательства: Ленина, Сталина, Калинина, Молотова, Дзержинского, Ворошилова, Куйбышева…
Возглавляли “разведывательный отряд” рационализации и изобретательства потомки легендарного тульского Левши. Именно в Туле 15 января 1932 г. проходила первая в СССР конференция по изобретательству.

О Владимире Николаевиче Уклеине

Станислав ОШЕВСКИЙ

Впервые встретиться с Владимиром Николаевичем Уклеиным мне, тогда научному сотруднику Госархива Тульской области, посчастливилось в 1966 году. Однажды, это было зимним морозным днем, я вышел с маленьким «карманным» этюдником в вестибюль, чтобы из окна запечатлеть этюд городских крыш, и увидел незнакомого мне высокого стройного человека, нового посетителя читального зала архива.
С правильными чертами лица, седеющий, в сером костюме, он производил впечатление интеллигента-гуманитария старого времени. Поздоровались. И пока я писал, он, покуривая, неназойливо прохаживался в стороне.
Заканчивалось обеденное время, и, когда я сложил этюдник, он подошел ко мне и попросил показать работу. «Городской пейзаж – моя слабость, - проговорил он. – Да, действительно, для художника городская среда всегда являлась отменной натурой, особенно начиная с импрессионистов. По отношению к среде городской мы с вами почти что коллеги». Потом протянул мне руку, представился: «Уклеин Владимир Николаевич, архитектор». Так и началось наше знакомство.

Мосоловы

Марина АНАНЬЕВА

«Наряду с Демидовыми и Баташовыми видное место в истории отечественной металлургии принадлежит еще одной фамилии – выходцам из Тульской оружейной слободы – Мосоловым».
Н. И. Павленко. «История российского предпринимательства в начале ХVIII в.».
В. И. Чернопятов в «Дворянском сословии Тульской губернии» начинает родословную Мосоловых с Астафия.
Сын его, Сидор Астафьевич, прославил род Мосоловых ратными подвигами. Читаем о нем у В. И. Чернопятова: «1580, город. двор. («дворник», т. е. доверенный человек дворянина или боярина, живший в его осадном дворе в мирное время. – М. А.) Мещерской десятни, 1606 окл. (т. е. земляной надел. – М. А.) 450 ч. («четей»; четь – мера площади, равная одной четверти десятины; десятина равна 10925,4 кв. м – М. А.), 1619, «стар, добро изувечен»».
Внуку Сидора Астафьевича, Тимофею Фоковичу Мосолову, очевидно, за определенные заслуги были даны поместья в 1580-1615 гг.
Остальные его шесть братьев и их сыновья – служилые люди.
Сын же Тимофея Фоковича – Григорий – в 1674 году числится казенным кузнецом, «написан по разряду по Туле и Москве».
Сыновья Григория Тимофеевича Максим и Кузьма в 1674 году значатся в стрелецких и засечных головах. Сведений о роде занятий их брата, Перфилия Григорьевича, у В. И. Чернопятова нет.
А вот уже сыновья Перфилия и Кузьмы продолжили дело своего деда Григория и дали начало двум промышленным металлургическим династиям.
У Н. И. Павленко читаем: «Фирма Мосоловых начала свою деятельность в составе четырех братьев Алексея, Максима, Ивана Большого и Ивана Меньшого» – сыновей Перфилия Григорьевича Мосолова.
Не отстал от двоюродных братьев и Федор – сын Кузьмы Григорьевича Мосолова. Но о нем несколько позже.

Павел Дмитриевич Захава и его потомки

Алексей КАМОЛИКОВ

Один из самых ярких оружейников XIX века, создатель уникальных станков и измерительных приборов, механик Тульского оружейного завода Павел Дмитриевич Захава родился в селе Княжич Черниговской губернии в 1779 году. В Государственном архиве Тульской области находится документ, именуемый «Формулярный список чиновника 5 класса Захавы», датированный «марта 20 дня 1830 года». Читая пожелтевшие от времени страницы с витиеватым почерком неизвестного писаря, многое узнаешь из жизни знаменитого мастера. П. Д. Захава владел родовыми имениями - селом Княжич и хутором Добриш Глуховского уезда Черниговской губернии. 8 сентября 1792 года Павел Захава в возрасте 13 лет поступил в Морской корпус в Санкт-Петербурге. Это было одно из лучших учебных заведений России с высоким уровнем преподавания, которое готовило кадетов к командным должностям на флоте. Кроме изучения морских, технических наук, иностранных языков Павел Захава приобретал практические навыки в инструментальной мастерской при корпусе; возможно, именно это повлияло на его выбор дальнейшего пути. В 1795 году Павел Захава участвовал в морских походах по Балтийскому морю.

Изделия тульских “горшечников” XVI-XVII вв.

Сергей ЗАЦАРИННЫЙ

Тульское гончарное производство, безусловно, относится к числу самых ранних городских ремёсел, наряду с кузнечным и оружейным производством, но, в отличие от последних, оно до недавнего времени оставалось за рамками исследовательских интересов. Лишь в последние годы стали появляться работы, посвящённые изучению тульского гончарства [5; 6; 7; 8; 9; 10; 11].
Представляется очевидным, что характер самой гончарной продукции, и, прежде всего, её качественные, функциональные и эстетические особенности, являются ярким свидетельством как степени развития самого гончарного ремесла, так и культурно-бытового уровня населения – непосредственного потребителя керамических изделий.
В дошедших до нашего времени письменных источниках сохранились крайне скудные сведения о “горшечниках” и “кирпичниках”. Самыми ранними письменными свидетельствами являются государева жалованная грамота тульским кирпичникам 1587 г. (7095 г.) и писцовая книга 1587-1589гг., которая среди иного торгового люда упоминает и горшечников. Что же касается самой гончарной продукции, то она вместе с другими ремесленными изделиями не нашла отражения в позднесредневековых письменных документах.

Монументальная живопись Свято-Успенского собора Тульского кремля

Елена ЗЫКОВА

Свято-Успенский собор Тульского кремля, великолепный памятник русского искусства XVIII века, по праву считается одной из главных городских достопримечательностей.
Из исторических источников известно, что уже в XVI веке на пересечении двух улиц кремля (Большой и Малой Кремлевских) стояли первые деревянные церкви – храм во имя Архистратига Гавриила с приделом Василия Парийского и церковь Успения Пресвятой Богородицы.1 Первый каменный Успенский собор с приделами во имя Архангела Гавриила и Тихона Амафутского был построен в 70-80-е годы XVII века.2 Меньше чем через столетие он был разобран из-за ветхости.
Новое, дошедшее до нашего времени здание Успенского собора, было сооружено в 1762 -1764 гг. на «приборные сборы» тульского купечества. Главным строителем (ктитором) храма выступили тульский купец Л. И. Коптельцев и его «товарищи» – Р. А. Владимиров и С. А. Сиднев.3 Справедливости ради стоит отметить, что после того, как каменное строительство собора было завершено, умер Л. И. Коптельцев и на его место заступил городской бургомистр Т. Р. Чечулин.

«Сей Нашего рода». Преподобный Серафим Саровский

Людмила ЗАХАРОВА

«Серафим! О святое и дивное имя!
Как велик ты, великий преподобный, у Господа!
О имени твоем скрежещут зубами бесы и… трепещут!»

(С.Нилус. Великое в малом. Новосибирск, 1992. С.115).

Есть в Туле на улице Фридриха Энгельса недалеко от ее пересечения с улицей Гоголевской рядом с трамвайной остановкой удивительно благодатный маленький уютный храм преп. Серафима Саровского. Однажды мимоходом войдя в него, выходишь оттуда с желанием вернуться. Он весь излучает любовь, исходящую и от икон угодников Божиих, и от работающих и служащих там. Иногда видишь там плачущих от радости людей: "Мне во сне сказано найти эту церковь…" или "Я из Новомосковска. Шла пешком по трамвайной линии в больницу и вдруг увидела этот храм… Смотрите – я ношу кулончик с преп. Серафимом…"
Издавна почитаемый в народе старец Серафим (1759-1833), ангел во плоти, с любовью всех встречавший словами "Радость моя", видевший в каждом человеке образ Божий, неоднократно поражал собеседников соединением в себе земного и горнего мира – неземным светом, исходящим от лица, прорицательством, исцелениями больных людей как при своей жизни, так и после смерти, хождением "по воздуху на один аршин от травы" (1). Являвшаяся ему несколько раз Божия Матерь говорила: «Сей Нашего рода» (2). И как подтверждение этому – смиренное молитвенное стояние преподобного тысячу дней и ночей перед Ее иконой - «Умиление».

Семья трёх губернаторов

Константин СТРУКОВ

В 2006 году исполняется 215 лет со дня рождения вице-адмирала Степана Петровича Хрущова и 200 лет со дня рождения его брата, героя обороны Севастополя во время Крымской войны, генерала от инфантерии Александра Петровича Хрущова. Сейчас, как-то забылось, что древний тульский дворянский род Хрущовых дал нашей стране в одном поколении сразу трёх крупных военных и государственных деятелей.
Потомственные дворяне титулярный советник Петр Яковлевич Хрущов и его жена Елена Степановна владели поместьем в Тульском уезде в сельце Басове, Богородицком уезде в сельце Мактуновке (Кукуй тож). Имели девять детей (восемь сыновей: Якова, Степана, Николая (умер в детстве), Ивана, Бориса, Василия (умер в детстве), Николая, Александра - и дочь Наталию).
"По представленным в оное собрание в 1795 году от тульского помещика титулярного советника Петра Яковлевича Хрущева* о дворянском его происхождении доказательствам... внесён он Хрущев с родом своим в дворянскую родословную книгу в 6ю часть начто и грамоту имеет..." (1)

О материальном положении приходского духовенства в России в конце XIX – начале XX вв.

Антонина КЛЮЧАРЕВА

(по материалам Тульской епархии)

Актуальной и перспективной проблемой истории Русской Церкви является изучение истории русского церковного прихода. При ее рассмотрении возникает множество более частных проблем, как, например, история приходского духовенства. В последние годы история православного духовенства привлекает все больше научных исследователей, выходят новые работы по этой тематике.[1]
Тем не менее, многие аспекты истории духовного сословия в дореволюционной России остаются малоизученными. Среди них интересным является вопрос о благосостоянии духовного сословия, его материальной обеспеченности.
Нередко проблема материального положения являлась определяющей для церковнослужителей, которые были вынуждены больше заботиться о хлебе насущном, чем о своих пастырских обязанностях; активное участие в приходской жизни отодвигалось тем самым на задний план. Такая ситуация кажется странной, поскольку по своему юридическому положению священники приближались к личному дворянству. Однако их доходы от службы сильно различались. По подсчетам Б. Н. Миронова, в середине XIX века приходское духовенство уступало по уровню доходов младшим чиновникам и офицерам в 1,5-2 раза.[2]

Материалы по истории тульского края на страницах журнала «Русский архив»

Юлия.ГРИДЧИНА, Екатерина.ШКОЛЕНКО

Журнал «Русский архив» середины XIX– начала XX вв. – выдающееся явление в истории русской культуры и общественной мысли. Благодаря роли его основателя и издателя П.И. Бартенева, а также сотрудничеству лучших научных и литературных сил своего времени, «Русский архив» получил всеобщее признание в кругах русского общества и стал самым авторитетным и наиболее популярным журналом в России того времени. На его страницах опубликованы уникальные архивные документы, статьи, мемуары, отражающие различные исторические периоды и события, литературные произведения, сведения справочного характера.
Появление «Русского архива» ознаменовало собой начало принципиально нового этапа, связанного с выделением исторической журналистики как самостоятельной отрасли в рамках русской журналистики в целом. Журнал во многом определил облик исторических журналов последующего времени вплоть до сегодняшнего дня.

Содержание выпуска №4 (2006)

ИСТОКИ
Ю. Екимов. «Старое Тульское городище»: новая версия
Т. Дубовая. Топографиечкое описание города Тулы XVII века. Реконструкция
С. Зацаринный. Изделия тульских «горшечников» XVI-XVII вв.
М. Воронцова. Набью табак я в трубку туго… (курительные трубки из раскопок в Туле)

II. ВРЕМЕНА, СОБЫТИЯ, ЛЮДИ
И. Агаева. Старинный тульский обряд проводов в солдаты (рекруты)
Т. Тихоненкова. Судьба одной коллекции
Ю.Гридчина, Е.Школенко. Материалы по истории тульского края на страницах журнала «Русский архив»
А. Петухов. Тульские изделия на международных и российских выставках (2-я половина XIX века)
А. Ключарева. О материальном положении приходского духовенства в России в конце XIX – начале XX вв. (по материалам Тульского края)
Е. Королева. Благоустройство и общий облик Тулы 20-х годов XX века
Н. Шкроба. Максим Горький и тульские изобретатели
Д. Денисов. История трамвая в Туле

III. ПОКЛОНИМСЯ ВЕЛИКИМ ТЕМ ГОДАМ...
В. Боть. Они защищали Тулу

IV. ИМЕНА
И. Ананьева. Мосоловы
А. Камоликов. Павел Дмитриевич Захава и его потомки
К. Струков. Семья трех губернаторов
Н. Транчук. Пряничники Щукины
С. Ошевский. О Владимире Николаевиче Уклеине

V. АРХИВ
Н. Фомин. Вклад по душе князя Дмитрия Михайловича Пожарского в тульский предтечев монастырь
Из сочинения Н.Ф. Андреева "прогулка по Туле и путешествие по ее окрестностям"

VI. ДОСТОПРИМЕЧАТЕЛЬНОСТИ
Е.Зыкова. Монументальная живопись Свято-Успенского собора в Тульского кремля
Л. Захарова. "Сей Нашего рода". Преподобный Серафим Саровский

VII. РАБОТЫ ЮНЫХ КРАЕВЕДОВ
М. Денисюк. Тульские купцы и внешняя торговля в России в начале 60-х годов XVIII века

VIII. ХРОНИКА КУЛЬТУРНОЙ ЖИЗНИ
Ю.Коняхин. "День города Тулы": страницы праздничной истории
Честь и слава
Культурное пространство
IX. ЗАНИМАТЕЛЬНОЕ КРАЕВЕДЕНИЕ
Впервые в Туле
Краеведческий кроссворд
Сведения об авторах